Чак Шумер предложил создать независимое бюро по борьбе с коррупцией, наделённое правом расследовать доходы высокопоставленных лиц. Ведомство сможет привлекать к ответственности президента и чиновников за незаконно полученные средства, включая прибыль от цифровых активов. В структуре бюро предусмотрен совет из семи членов, утверждаемых Сенатом, что повторяет модель независимых агентств, сформированных в США в середине XX века.
Законопроект расширяет возможности подачи исков: право на обращение в суд получат частные лица и генпрокуроры штатов. Цель нормы — возврат незаконно полученных средств вне зависимости от источника дохода. Подобная децентрализация инициаторов преследования ранее применялась в антимонопольных делах, где штаты выступали истцами параллельно с федеральным правительством.
Особое внимание в инициативе уделено криптовалютному бизнесу госслужащих: предлагается запретить получение прибыли от криптоактивов во время исполнения полномочий. Ограничения должны охватывать не только самих чиновников, но и членов их семей, исключая косвенные схемы монетизации. Такой подход частично перекликается с правилами этики в сфере ценных бумаг, где действуют схожие запреты на инсайдерские операции.
В качестве примера конфликта интересов в документе фигурируют доходы Дональда Трампа и его семьи от криптопроектов с 2025 года. Суммарный заработок превысил 4 млрд долларов, включая поступления от платформы World Liberty Financial и токенов WLFI, TRUMP, MELANIA. Эти цифры стали одним из аргументов демократов при блокировке продвижения законопроекта CLARITY до внесения антикоррупционных поправок.
Ранее Чак Шумер, совместно с Элизабет Уоррен и Джеффом Меркли, пытался закрепить аналогичные ограничения в законе GENIUS о стейблкоинах. Поправки не вошли в финальную версию акта, принятого летом 2025 года, из‑за отсутствия межпартийной поддержки. Исторически подобные нормы в финансовом регулировании часто внедрялись через отдельные акты, а не через отраслевые законы.
Работа бюро будет строиться на принципах независимости и прямого доступа к данным о транзакциях, включая записи в публичных блокчейнах. Полномочия ведомства включают допрос свидетелей и проведение расследований без предварительного согласования с исполнительной властью. Такая модель схожа с механизмами контроля, действующими в надзорных органах, отвечающих за прозрачность госзакупок.
